Рецензия на фильм «Рэй»

Авторы голливудских кинобиографий всё активнее переходят от буквальных жизнеописаний к символическим. Самый яркий пример – недавний фильм Ирвина Уинклера о Коуле Портере «Любимчик», где история жизни Портера была разыграна перед ним же самим в тот момент, когда смерть мягко возвестила о своем скором визите. «Рэй» Тейлора Хэкфорда – кино более «реалистическое», однако и здесь режиссеру удалось найти яркие визуальные и драматургические точки, собирающие действие и превращающие его в символ, метафору и притчу. В этом смысле Хэкфорд продолжил (хотя и не столь ярко) традицию Джулиана Шнабеля, автора «Баския» и «Перед наступлением ночи».

Главная из таких точек сборки – детство главного героя, Рэя Чарльза Робинсона, почти только что почившей мировой ритм-энд-блюз-иконы, известной всем как Рэй Чарльз, – детство, то входящее кошачей поступью мимолетного воспоминания о дереве рядом с домом, увешанном наполовину магическими, наполовину декоративными предметами, то врывающееся спазмами видений-галлюцинаций, в центре которых – младший брат, утонувший в чане с водой. Оттуда же, из детства – слепота, запеленавшая глаза в возрасте семи лет, и временами являющийся сквозь эту слепоту образ матери (блистательный дебют Шерон Уоррен), чья воля позволила им обоим не сломаться под бременем скорби и нищеты. Юный Рэй Чарльз Робинсон постепенно осваивает пространство, навсегда погрузившееся для него во тьму (звуки и запахи дома, шум чайника, прыжки кузнечика, жизнь, доносящаяся из окон, затем деревня, автобусная остановка, автобус, дорога, мир…), чтобы в середине 40-х, научившись хорошо играть на фортепиано и притворившись ослепшим на войне ветераном (отличный эпизод, особенно на фоне последующего повествования и самой даты рождения персонажа (1930 год)), начать музыкальную карьеру.

Дальше – известный, проторенный многими путь: первые приключения, первый успех, второй, третий, деньги, слава, женщины, наркотики, полиция, лечебница, слава… Великая слава, дурная слава… Все сплетается в неразъединимый клубок: сквозь гром рукоплесканий и сладостный газетный треск Рэю Чарльзу является мать со словами: «За все придется платить, кроме веры в Иисуса», а пустой шприц, из которого уже выкачан героин, падает на одеяло в такт синхронно распеваемым словам «Set me free» («Освободи меня», «Сделай меня свободным»). А в самые ключевые моменты звучит не джаз, не кантри, не соул – не то, что играл когда-либо в своей жизни Рэй Чарльз, хотя ему и доводилось разминать пальцы бетховеновским Adagio Sostenuto; в самые ключевые моменты звучит симфоническая музыка, полная скорбной и величественной гармонии, до которой никогда не поднимутся ни кантри, ни джаз. И этим межеванием Тейлор Хэкфорд четко отделяет рябь биографической канвы от вечности, показуя, что цель фильма – не только (и, может быть, не столько) жизнеописательная, но прежде всего художественная. Именно для этого сыгравший главную роль Джейми Фокс, светившийся раньше в никому не интересных дешевых афроамериканских безделках, а затем справедливо сорвавший банк в «Соучастнике» Майкла Манна, идеально перевоплощается в своего персонажа: умного, ироничного, слепого, волевого, обладающего классической моторикой кривоходящей обезьяны, усугубленной многолетним героиновым зудом… Вряд ли, несмотря на все свои достоинства, фильм «Рэй» заслужил «Оскары» за лучший фильм и лучшую режиссуру, на которые номинирован (все-таки ему не тягаться ни с тем же «Соучастником», ни – тем более – со «Страстями Христовыми», не важно, выдвинуты последние или нет), но Джейми Фокс награду Американской киноакадемии за лучшую мужскую роль заслужил вполне.

Vlad Dracula

Опубликовать В Мой Мир

Мнение редакции киноафиши не всегда совпадает с мнением автора рецензии.